Какие кадры решают что

Георгий Скопец,
доктор технических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ
Георгий Шибанов,
доктор технических наук, профессор, заслуженный деятель науки и техники РФ
Некоторые опытные преподаватели изложение сложного материала предваряют шуткой. Используем этот прием, прежде чем приступить к анализу проблемы кадров. Анекдот: идет смена руководителя предприятия по несостоятельности. Он оставляет преемнику 3 пакета, которые тот должен последовательно вскрывать, как только станет трудно. Стало трудно. Вскрывает пакет №1. В нем: «Вали все на меня». Проходит время, ситуация не меняется. В пакете №2: «Требуй реформ». Не помогло. Вскрывает пакет №3, а там: «Готовь три пакета»…

Коротко о главном

Хорошо известный лозунг «Кадры решают всё» не утратил своей актуальности и в настоящее время. Для подтверждения его истинности необходимо установить смысл определения «ВСЁ», и его связь с интересами тех общественных институтов, социальных групп и отдельных личностей, интересы которых затрагиваются в результате решения кадровых проблем. Попробуем в этом разобраться. Попытаемся провести анализ кадровых проблем в области исследований и испытаний авиационной техники (АТ) как наиболее близких авторам.

Следует заметить, что грань между понятиями «исследования» и «испытания» весьма размыта. Отличие заключается в том, что исследователь экспериментирует на моделях, а испытатель – на натурных образцах. Каждый из этих родов деятельности требует природного дара исследователя и особой подготовки. Опыт свидетельствует, что не каждый из выпускников, окончивших с отличием ВУЗ, способен стать квалифицированным ученым или испытателем АТ (см. «Авиапанорама» №3-2010, Г. Харитонов. «Требуются особые качества»). Известны случаи, когда даже окончившие с золотой медалью академию были неспособны защитить кандидатскую диссертацию. Естественно, что данное утверждение не может быть распространено на случаи нарушения нравственных норм. Бывало, родственника высокопоставленного лица переносили «через тернии к звездам» изощренные подчиненные. Теперь, когда в нашей стране таковых родственников среди летчиков и инженеров стало в разы меньше, можно за деньги всем и в ученые, и в начальники. Весь вопрос в размере взятки.
Не будем затрагивать при выполнении такого анализа работу кадровых органов, навсегда закрытых для рядовых граждан и полуоткрытых непосредственно для руководства учреждения, кадровую политику которого они вершат (руководителям только кажется, что они способны как-то повлиять на кадровые органы). Парадоксально то, что эти органы формируют структуру, определяют численность и готовят предложения по руководящему составу, не понимая в должной степени предназначения объектов руководства и задач, которые они должны решать, а уж об их производственных проблемах и говорить не приходится. А сколько они берут за должность и с кем этим делятся – самая страшная государственная тайна.

И когда нам это удастся преодолеть?

Наверно, не в этой жизни, поскольку ничего в кадровой политике не меняется. Также как и в советское время, поиск кандидатур на замещение той или иной должности производится из ограниченного списка. Раньше это был список партийной номенклатуры и попавший в него один раз мог до пенсии не беспокоиться о руководящем кресле. А теперь и вовсе непонятно, чья номенклатура и чьи интересы она выражает, однако стиль тот же: завалил одну отрасль – ступай в другую, там не получилось – поруководи наукой, не справился – в послы его.

Однако разница есть. Если раньше, чтобы попасть в номенклатурный список, большинству нужно было «попотеть», пройти обязательные руководящие ступени, то теперь все более достаточно личной преданности, в которой непосвященный усматривает лишь семейственность, вузовскую дружбу, землячество. А когда список заканчивается, начинается процедура совмещения должностей, запрещенного Трудовым кодексом для руководящего состава. Но что такое кодекс по сравнению с дефицитом особо приближенных руководящих кадров, точно знающих, что от него хочет услышать руководитель вышестоящего уровня? Вот и занимают одни и те же лица по 3–4 руководящих поста, не считая участия в советах директоров, что как бы и не является работой.

В результате сложившийся процесс подбора кадров напоминает выбор среди водовозных кляч той, которая больше всего напоминает лошадь. А ведь есть и другие методы. Например, описанный в романе Артура Хейли «Сильнодействующее лекарство». Его суть состоит в том, что список претендентов на замещение должностей разбит на два, один из которых предполагает ускоренное продвижение по карьерной лестнице для наиболее талантливых (независимо от их близости к хозяину). А что у нас? А у нас при реформировании НИУ сделали так, что до начальника управления вообще проблематично дослужиться, если увольнять ученых в 45 лет, соблюдая сроки прохождения службы. Данный вопрос не раз анализировался в отечественной печати (см., например, «Авиапанорама», № 6-2009 г.)

Но не будем пытаться проникнуть в смысл работы «команды», ее кадровых назначений, находясь за ее пределами, хотя взгляд на систему со стороны является основным условием своевременного принятия мер для обеспечения ее нормального функционирования. Именно поэтому во всех развитых демократиях так трепетно относятся к независимости СМИ.

При оговоренных выше условиях попробуем в рамках статьи сосредоточиться на соблюдении государственных интересов, интересов трудовых коллективов и, непосредственно, отдельных их членов при осуществлении кадровой политики в авиационной отрасли.

Интересы государства

Нельзя не согласиться с выступавшими 17 июня с.г. на заседании Правления Торгово-промышленной палаты России президентом палаты Е.М. Примаковым и председателем Комитета ТПП РФ по развитию авиационно-космического комплекса А.Н. Белоусовым в части их глубокой озабоченности по поводу кадровой проблемы, особенно остро просматривающейся в авиационной отрасли нашей страны. Нетрудно понять, что ключ к решению государственной задачи сохранения за Россией ее места в ряду производителей авиационной техники  лежит в области эффективной кадровой политики. Что же мы наблюдаем в действительности?

Переход предприятий из государственного сектора собственности в разряд акционерных обществ с контрольным пакетом акций у государства привел к вытеснению с постов руководителей предприятий «технократов». Их места заняли «гуманитарии», которым все равно, чем управлять. К руководству части предприятий пришли «специалисты», для которых главной целью является получение максимальной прибыли любой ценой. Поэтому в области создания АТ наиболее эффективными стали методы  «коррупционного проталкивания» образцов авиатехники, не доведенных до кондиции, через лоббирующих их интересы высоких руководителей военного ведомства, выступающих в роли Заказчика. А как может быть иначе, если эти руководители входят в соответствующие советы директоров? И должны работать там абсолютно бесплатно. Ну надо же такое придумать! В наше время, бесплатно…. А потом высшее руководство страны сетует на высокую коррупцию. Как же ее может не быть в таких условиях?

При ближайшем рассмотрении принимаемых решений с государственных позиций оказывается, что в большинстве случаев принявшие их руководители не обладают достаточными знаниями в области системного подхода – основы теоретической подготовки любого управленца. В противном случае им было бы известно, что прибыль – не единственный а, возможно, и не самый важный из показателей. Есть еще и такие факторы, как укрепление отечественного авиапрома, безопасность государства, безопасность полетов, занятость населения и т.д. Именно это и позволяет «проходимистым» чиновникам путем нехитрых манипуляций озвучивать любой, устраивающий высшее руководство, результат. Например, для того, чтобы прекратить разработку истребителя «легкого» класса, озвучивается утверждение, что эффективность истребителя пропорциональна его массе. И их ничуть не смущает, что в этом случае самым эффективным истребителем должен считаться не ПАК ФА, а МиГ-31. В народе это называется – «вешать лапшу». Незнакомо им и основное правило бизнеса: «Живи и давай жить другим».

Проблемам, связанным с занятием государственными мужами далеко не государственной позиции в различных областях авиастроения, посвящен целый ряд публикаций в СМИ.  Наиболее ярко эти проблемы освещены И. Китициным и С. Панфиловым в статьях «Кукушонок …» (Журнал «Арсенал 21 века», №1(6), 2010г.), в статье О.Божьевой «Разбор пилотов» («МК» от 21 июля 2010 г.), в июльских с.г. публикациях Р. Гусарова на «АВИА.ру» и др. Нет необходимости их комментировать, да вот только невольно возникает вопрос: почему эти публикации не привлекают внимание высоких руководителей? Или один из принципов нашей демократии так совпадает с крылатой фразой из басни Ивана Андреевича Крылова «Кот и повар»? К чему это может привести, ясно видно из материалов вышеназванных публикаций.

Оценивая с государственных позиций принимаемые государственными же чиновниками управленческие решения, можно предположить, что никому в нашей стране нет интереса до результатов их деятельности. Например, до создания ОАК государственный бюджет не предусматривал финансовую помощь предприятиям авиапрома. Теперь же на эти цели планируются десятки миллиардов рублей. Неужели некому оценить результаты столь масштабной реформы авиапрома, эффективность использования государственных средств, например, истинные результаты «Системного проекта ОАК»?

Хотелось бы верить, что это не так, что всему виной банальная некомпетентность лиц, принимающих решения в условиях масштабности задач по реформированию страны, всех ее институтов (ну не справились с грандиозными задачами, ну что тут поделаешь). Особенно болезненно некомпетентность проявилась в процессе масштабных реформ, таких, как монетизация льгот или «оптимизация» облика ВС.

Оптимизация взята здесь в кавычки не случайно, ибо нормальная оптимизация предполагает:

  • определение целей, которые в результате ее проведения должны быть достигнуты;
  • назначение основного критерия оптимизации и показателей, используемых в качестве ограничений;
  • установление граничных условий оптимизации (ресурсы, время и др.).

Ничего подобного ни в том, ни в другом случае мы не увидели. Да и как же можно объявить во всеуслышание о целях, если они предполагали, например, что в результате реформирования ВВС известная всему авиационному миру «Кубинка» пойдет с молотка. При этом, как сообщила радиостанция RETRO FM, стартовая цена выставленных на аукцион объектов составит аж… 220 млн руб. И не стоит удивляться, если окажется, что  RETRO FM – единственное СМИ, которое сообщило о проведении аукциона. Зачем сообщать, что целью «оптимизации» является ликвидация академий с мировой известностью, доведение научно-исследовательских и испытательных организаций до состояния, делающего их непригодными для решения тех задач, для которых они ранее создавались? Создавались на народные средства в условиях жесточайшей экономии, чтобы вывести страну в мировые лидеры в области авиастроения.

Спрашивается, а что, по-другому никак нельзя было сделать? Может,  кадровая проблема окончательно решена в стране? Осмелимся сослаться на упомянутую Ольгу Божьеву «…у меня в экипаже летает инженер, ему за 60 лет…я встретил знакомого инженера – ему 68, специалист высокой квалификации, 3 года был на пенсии. Сейчас его снова пригласили на работу – самолеты в полет готовить некому». И вообще, высококвалифицированные специалисты в возрасте до 50 лет стали  «штучным товаром» и для систематической подготовки кадров молодых учёных, конструкторов, технологов авиационного производства и испытателей авиационной техники, их опыт и знания должны быть востребованы в полной мере. Так какая сила могла заставить поднять руку на академию им проф. Н.Е.Жуковского при тотальном дефиците инженеров в стране?

Личные интересы

Хотели бы поделиться с читателем наблюдениями, из которых он сам  сделает вывод  о том,  о чем знает весь личный состав Испытательного центра и чего так усердно не желает признавать главкомат ВВС. Без объявления имен и фамилий приведём жизненный путь двух офицеров, просим проанализировать и обдумать. Ровесники, родившиеся в Советском Союзе, только один – в крестьянской семье, жившей до 1970 г. в доме под соломенной крышей, а второй – в семье генерал-лейтенанта авиации, который, правда, после суда над ним был понижен в воинском звании до полковника. Оба получили образование в советской средней школе, оба воспитаны пионерской и комсомольской организациями, оба поступили в  ВВУЗы и успешно их окончили. Вот, пожалуй, и все сходство жизненных путей.

После окончания училища лётчиков один из них по распределению дважды пересекает страну с запада на восток и обратно, 5 раз меняет гарнизоны, учится в школе летчиков-испытателей, 15 лет живет в отдаленном гарнизоне. Учит молодое поколение испытателей, участвует в боевых действиях, лично участвует и проводит более 40 видов испытаний техники, осваивает более 20 типов самолетов, становится уникальным летным специалистом 1-го класса, летающим на самолетах всех родов авиации. Является единственным человеком в стране, выполняющим дозаправку в воздухе практически на всех типах отечественных самолетов. Подкрепив практику теорией, успешно защищает диссертацию кандидата технических наук по проблемам высокоточного пилотирования летательных аппаратов в экстремальных условиях полёта. В течение 10 лет днем и ночью находится на боевом дежурстве, заочно оканчивает с отличием ВВА им. Ю.А. Гагарина, становится руководителем и в 2005 г., имея из нажитого жену, двух детей, холодильник и телевизор, прибывает на Чкаловскую и поселяется на съемную квартиру.

Второй  направляется сразу после инженерного ВВУЗа на ту же Чкаловскую, где ему и предписано было судьбой пройти свое становление, благо, что и родители здесь живут. Наверное, так случайно совпало.

Становление второго проходило бурно, быстро и стремительно. Правда, вряд ли кто может вспомнить, сколько и каких испытаний он провел. Но зато успел отметиться фигурантом во многих громких скандалах, таких, как, создание подпольных цехов на территории гарнизона; незаконное создание «воинской части» и использования ее атрибутов, незаконное использование аэродрома сторонней «братской» организацией и др. Завершилось это становление грандиозным пожаром  штаба «воинской части», сгоревшим дотла. Пожар, однако, не помешал  перейти ему на вышестоящую должность  и стать генералом. За пожар ответили другие – настоящие руководители, за спиной которых он творил свои дела, будучи «человеком приближенным» и пользуясь поддержкой высоких чинов. Из личных достижений героя можно отметить строительство  кооперативной квартиры, защиту докторской диссертации, выполненной  на основе двух кандидатских работ своих подчинённых, по которым он выступал в качестве так называемого научного руководителя, незаконное получение учёного звания «профессор по специальности»…

С 2005 г. судьбы наших героев тесно переплелись, и если первый, опираясь на положения действующих руководящих документов, добросовестно и честно проводил государственные принципы и понятия испытаний АТ в жизнь, второй из них, став непосредственным начальником первого, несомненно встал на путь соглашательства и приспособленчества в новых исторических условиях, где интересы государства и его обороноспособности не всегда вяжутся с задачей обогащения коммерческих организаций, участвующих в процессе создания новых образцов АТ. Разность этих двух подходов и породила нынешнюю ситуацию, в которой были использованы и применены  все бессовестные силовые методы устранения неугодных, неудобных, несговорчивых, непослушных, не преданных лично, а отстаивающих лишь государственные интересы.

Мы не имеем права обсуждать сферу их служебной деятельности, которая, однако, как на ладони протекала на глазах у сотен подчиненных и сослуживцев и касалась каждого, но уверены, что они, несомненно, безошибочно узнают наших персонажей по именам. Сами сделают однозначный и правильный вывод об их жизненной позиции, о принесенной пользе и нанесенному ущербу государству своими поступками и деяниями. Также со всей определенностью, оценивая жизненный путь обоих, можем утверждать тот факт, что жизненный путь первого нам импонирует больше, как всякому нормальному человеку. Судьба второго предрешена и отразится, скорей всего, негативной страницей в истории ВВС. Всей своей жизнью и поступками  человек делает свою судьбу, ведь ничего на свете просто так не происходит, а правда всегда торжествует, что так ярко демонстрируют события последних дней. Остается только сожалеть о том, что даже добросовестным руководителям, ответственным за принятие решений, иногда слишком поздно приходит осознание того, что людей, преданных государству, нужно поддерживать и защищать от их антиподов всех мастей.

В это хочется верить хотя бы потому, что Бармин О.В. в силу сложившихся обстоятельств более не является Заказчиком авиационной техники военного назначения. Однако надежда эта невелика, ибо он теперь – государственный служащий не менее высокого ранга… Впечатление такое, что кто-то очень заинтересован в том, чтобы беречь кадры, приносящие вред авиационной отрасли, а, значит, и стране в целом.

Интересы трудовых коллективов

Исходя из жизненного опыта авторов, можно утверждать, что для творческого коллектива нет большей беды, чем некомпетентное руководство. Однако при сложившейся порочной практике проведения кадровой политики добиться соответствия компетентности руководства коллектива стоящим перед ним сложным задачам крайне трудно из-за разъедающей всё и вся коррупции, о чём неоднократно говорилось в выступлениях Президента Российской Федерации Д.А. Медведева. От тех же специалистов и руководителей, которые пытаются препятствовать этому беспределу, чиновники (как в промышленности, так и в ВВС) пытаются избавиться под любым предлогом. Ярким примером этого явления может служить эпопея с травлей одного из наиболее выдающихся инженеров и лётчиков-испытателей авиационной техники военного назначения нашей страны.

«Выведен в распоряжение в связи с организационно-штатными мероприятиями», а, попросту говоря, отстранен от руководства Испытательным центром его начальник – Герой России, летчик-испытатель 1-го класса, кандидат технических наук, полковник Осыковый Николай Михайлович. Выведен быстро, срочно, нагло, без объяснения причин, с грубыми нарушениями положений ФЗ «Порядок  прохождения военной службы». Эта весть быстро облетела Главный штаб ВВС, Генеральный штаб и вызвала недоумение как у руководителей, так и у личного состава многих организаций ВС РФ и предприятий промышленности, с кем в силу своей многогранной служебной деятельности приходилось решать совместные задачи Николаю Михайловичу.

Причины называют разные, но нужно отдать должное объективности авторов гипотез, которые среди выдвигаемых версий отстранения от должности не употребляют терминов: уголовное дело, взяточничество, коррупция, несоответствие занимаемой должности, взыскания, невыполнение задач, непорядочность, развал коллектива и т.д. Эти понятия чужды  жизненной позиции, образу жизни и не могут быть применены к  человеку, работающему по 12–14 часов в сутки без выходных и зачастую, находясь в отпуске. Тогда за что же?  Вопрос, требующий комментариев.

О причинах отстранения от должности можно судить по тому нездоровому оживлению,  которое все же наблюдается в стане недоброжелателей полковника. К ним, прежде всего, следует отнести некоторых должностных лиц ВВС, умело сочетающих свои должностные обязанности с лоббированием интересов ряда предприятий промышленности и, собственно, руководителей этих самых предприятий. У них теперь появилась надежда облегчить свою участь по части упрощенного подтверждения заявленных характеристик новых образцов АТ, без проведения жесткой оценки в Испытательном центре, возглавляемым полковником Осыковым и таким образом решить вопрос оправдания затраченных денежных средств из Гособоронзаказа  малой кровью.

А оживляться, судя по всему, есть резон. Достаточно вспомнить события двух–трехлетней давности и озабоченный внешний вид данной категории «деятелей от авиации». Тогда очень остро стояли вопросы окончания  «с положительной оценкой» государственных испытаний вертолетных комплексов Ми-28, «Ансат-У», нового защитного летно-технического обмундирования для личного состава ВВС и других образцов АТ. И ту принципиальную государственную позицию руководителя и всего личного состава Испытательного центра, благодаря которым техника и была доведена до уровня, удовлетворяющего требованиям ВВС. Дело доходило до немыслимых по своей сути и  подлых по значению постановок задач, когда на испытания сложнейших комплексов намеренно отводились, к примеру, одни сутки.

Естественно, при нормальном и законном подходе к решению испытательных задач со сроками всегда выходила промашка из-за неготовности АТ. Сроки  плыли, а вместе с ними, видимо, проплыли мимо кого-то и «дивиденды»; в противном случае, откуда такое ярко выраженное  недовольство действиями ГЛИЦ им. В.П.Чкалова  у «руководства» ВВС, как себя обзывают Заказчики АТ, о которых объективно высказались СМИ, например, «Авиапанорама», №2-2010 г.

Кто всегда назывался виновным в срыве сроков?  Конечно же, они – испытатели. Это они не поняли особенностей новых веяний и приоритетов, согласно которым нужно спасать имидж  и деловую репутацию предприятия (как правило, ОАО), а уж потом думать о качестве боевой (государственной) техники. Это они не стали отступать от требований руководящих документов и бездумно выполнять «устные» указания великих «деятелей от авиации», которые, впрочем, своих подписей нигде особо не оставляют. Кстати, как и в случае с аттестацией и представлением полковника Осыкового, на которых отсутствуют визы «руководителей» с отрицательным  выводом и обоснованием нецелесообразности повторного назначения на свою же должность. Побоялись…

Но как бы там ни было, а дело сделано. Испытательный центр 5 месяцев без руководителя. Честь и достоинство офицера, 30 лет отслужившего в ВС и до сих пор проживающего в офицерском общежитии (в наказанье за свою несговорчивость) растоптано. И самое главное – в очередной раз дан шанс «нуворишам от авиации» утверждаться в мысли о своей силе, правоте и безнаказанности при отстаивании личных интересов за государственный счет.
Им нет дела до тяжелого положения  воинской части, несущей боевое дежурство, оставшейся в переходный период без командира. Так же, как и не было дела, когда он четыре года работал без заместителей по летной работе, по воспитательной работе, по ИАС и при отсутствии собственно штатной ИАС, при наличии 15 типов АТ в части (единственный уникальный случай в ВВС, в который невозможно поверить). Им нет дела до тяжелого морального климата в коллективе. Они за это не отвечают. Читайте Устав, там все сказано. Никто из них за содеянное  не ответит, не их «функционал», и к этому уже привыкли.

При этом им хорошо известно то, что Валентин Пикуль в своем романе «Богатство» сформулировал поразительно верно: «Любой порядочный человек всегда бессилен против злодейства. Подлецов можно побеждать лишь ответной подлостью, но на это не всякий способен, а подлецы всегда учитывают чужое благородное бессилие …».

В качестве выводов можно отметить следующее:
— дело не только в Осыковом и подобных ему авиационных исследователях, испытателях, ученых, эксплуатантах и представителях Заказчика, которые все еще бескорыстно служат Родине, а в угрозе сложившейся вековой практике создания образцов АТ военного назначения, практике проведения испытаний АТ, системе создания научных школ, выпестованных поколениями наших предшественников, узаконенных основополагающими руководящими документами,  ревизии и изменения которых так усердно добиваются отдельные представители промышленности, и в чем так усердно помогают им отдельные влиятельные личности;
—  вспомним, что подпись генерала в акте по испытаниям  ничего не стоит без подписи, например, капитана, проводившего их, и которая зачастую является решающей. Другое дело, сможет ли простой капитан противостоять генеральскому интересу, если в угоду ему легко убирают таких, как Герой России полковник Осыковый;
—  задумаемся о том, какими умными и прагматичными были наши предшественники по части создания государственных схем испытаний авиатехники, поставившими на первое место в этой схеме ГЛИЦ им В.П.Чкалова, как независимую экспертную организацию, что позволило в тяжелейшие времена создавать лучшие образцы мировой АТ с назначенными сроками службы 40–50 лет.

К сожалению, сейчас эта практика подвергнута лжеанализу, главной целью которого является отстаивание интересов отдельных предприятий промышленности под лозунгами перевооружения ВВС новыми образцами АТ и сведение роли ГЛИЦ им. В.П.Чкалова к простому выполнению указаний сверху. Однако еще жива надежда, что в скором времени Государственные испытания АТ будут проводиться  вновь по тем руководящим документам, которые были написаны нашими предшественниками потом и кровью без их урезания в ущерб качеству принимаемой на вооружение авиационной техники.

Возвращаясь к шутке в начале статьи, предлагается отдельным руководителям, прежде всего, среднего звена управления, формирующего информационное поле для принятия решений руководством высшего уровня, задуматься над вопросом: «А не пора ли готовить те самые «три конверта»?

Ваш комментарий будет первым

Написать ответ

Выш Mail не будет опубликован


*


Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика